Деньги пенсионеров Минфин загнал в доллары и евро

Валентин Катасонов 10.09.2019 15:52 | Экономика и политика 55

На сайте Банка России появилась свежая информация о международных резервах Российской Федерации. На 1 сентября 2019 года их величина составила 529,08 млрд долл. Для сравнения отмечу, что величина этих резервов на 1 августа 2019 года была равна 519,80 млрд долл., а на начало текущего года (1 января 2019 г.) — 468,50 млрд долл. Ровно год до этого (1 сентября 2018 г.) показатель был равен 460,62 млрд долл. Как видим, темпы прироста величины международных резервов России просто бешеные. За год прирост составил почти 15%, а за последний месяц — 1,8%.

Если бы такими темпами росла российская экономика! Согласно прогнозу Банка России, который размещен на его сайте, в 2019 году прирост ВВП страны ожидается в диапазоне 0,8% — 1,3%. Если бы такими темпами росло благосостояние российских граждан! Увы, уже пять лет реальные располагаемые доходы населения непрерывно падают.

Наши власти, пытаясь создать атмосферу оптимизма в обществе, любят оперировать показателями наших «достижений» в области наращивания международных резервов. Меня это очень настораживает. Видимо, они сами не понимают (и пытаются сеять непонимание в обществе), какова связь между динамикой роста международных резервов, с одной стороны, и динамикой ВВП и доходов населения, с другой. А связь тут обратная: при прочих равных условиях, чем быстрее растут резервы, тем медленнее рост ВВП и доходов. Более того, рост ВВП и доходов может даже стать «отрицательным» (использую лексику наших чиновников).

Давайте еще раз обратимся к информации Банка России по международным резервам. Из общей суммы 529,08 млрд долл. на обычную иностранную валюту (валюты разных стран мира) пришлось 409,00 млрд долл., или 77,3%. Остальное — монетарное золото, специальные права заимствования (эмитируются Международным валютным фондом) и резервная позиция страны в МВФ. Поговорим о валютной составляющей международных резервов, т.е. валютных резервах РФ.

Все они находятся на балансе Центрального банка РФ, он ими управляет. Валютные резервы, находящиеся в управлении Центробанка, делятся на две части: 1) те, которые принадлежат самому Центробанку; 2) те, которые принадлежат Минфину. Вторая часть передается Минфином Центробанку путем размещения казенной валюты на счетах Банка России.

Почти все валютные средства Минфина концентрируются в Фонде национального благосостояния (ФНБ) Российской Федерации, который входит в систему государственных финансов, но его формирование и использование осуществляется по особым правилам, обособленно от федерального бюджета Российской Федерации. Согласно последним данным Минфина, на конец июля 2019 года объем средств ФНБ составил в рублевом выражении 7.867,70 млрд руб., а в долларовом — 124,14 млрд долл.

Для чего нужен Фонд национального благосостояния? На сайте Минфина читаем: «Фонд национального благосостояния является частью средств федерального бюджета. Фонд призван стать частью устойчивого механизма пенсионного обеспечения граждан Российской Федерации на длительную перспективу (курсив мой — В.К.). Целями Фонда национального благосостояния являются обеспечение со-финансирования добровольных пенсионных накоплений граждан Российской Федерации и обеспечение сбалансированности (покрытие дефицита) бюджета Пенсионного фонда Российской Федерации».

Возникает резонный вопрос: если ФНБ создан ради пенсионеров, то зачем было начинать весь сыр-бор по поводу пенсионной реформы, который уже продолжается второй год и лихорадит всю страну? Эксперты приводят свои оценки, согласно которым, даже не посягая на уже накопленные в Фонде средства, а используя лишь текущие поступления в ФНБ можно с избытком получить те деньги, которые горе-реформаторы хотят сэкономить за счет увеличения пенсионного возраста наших граждан.

Удивительно, но власти, с упорством, достойным удивления, пытаются доказывать безальтернативность повышения пенсионного возраста, тщательно обходя тему ФНБ. А ведь именно они с пеной у рта в свое время доказывали необходимость создания Фонда, оперируя «пенсионным» аргументом. Это лишний раз доказывает лукавство власти и приводит к выводу, что «пенсионный аргумент» — лишь прикрытие истинных целей создания ФНБ.

ФНБ возник и начал функционировать в феврале 2008 года. Его предшественником был созданный в 2004 году Стабилизационный фонд, который в начале 2008 года был упразднен, а на его базе были созданы два фонда — ФБН и Резервный фонд. Оба фонда относятся к разряду государственных накопительных резервных фондов. Аналогичные фонды имеются и в других странах, все они называются «суверенными фондами». В начале прошлого года Резервный фонд был ликвидирован. На сегодняшний день ФНБ является единственным государственным накопительным резервным фондом.

Стабилизационный фонд, Фонд национального благосостояния и суверенные фонды в десятках стран мира стали появляться как грибы после дождя в конце прошлого — начале нынешнего века. Идея и инициатива их создания принадлежит отнюдь не государственным деятелям соответствующих стран (почти исключительно эти страны находятся за пределами обитания «золотого миллиарда»). Это идея и инициатива мировых «хозяев денег», которые ищут все новые способы выкачивания богатств из стран, относящихся к периферии мирового капитализма (ПМК). Россия — одна из них.

Суверенные фонды — новый механизм колониальной эксплуатации стран под благовидными лозунгами «пенсионного обеспечения», «экономической стабилизации», «социального развития» и т. п. Большая часть суверенных фондов в мире формируется за счет доходов от экспорта природных ресурсов и слабо-обработанного сырья, а ресурсы направляются на покупку ценных бумаг, эмитируемых странами «золотого миллиарда», в первую очередь, США.

Самым крупным среди суверенных считается фонд Объединенных Арабских Эмиратов (ОАЭ) «Abu Dhabi Investment Authority», активы которого составляют 627 млрд долл. В первую десятку также входят такие фонды, как «SAMA Foreign Holdings» (Саудовская Аравия; 439 млрд долл.), «Kuwait Investment Authority» (Кувейт, 410 млрд долл.), «Qatar Investment Authority» (Катар, 170 млрд долл.) и др. Все перечисленные суверенные фонды формируются исключительно за счет доходов от экспорта нефти. И в этом ФНБ России ничем не отличается от суверенных фондов стран, добывающих и экспортирующих нефть.

Еще когда в начале нулевых годов у нас создавался Стабилизационный фонд, главным локомотивом продвижения проекта был тогдашний министр финансов Алексей Кудрин. Идею и концепцию он не высасывал из пальца. Они были привнесены в Россию Международным валютным фондом, Кудрин их лишь ретранслировал. Именно тогда в наше информационное пространство им было вброшено новое словосочетание: «бюджетное правило».

Вскоре в словарях и учебниках появилось определение этого термина: финансовое правило, накладывающее длительное ограничение на бюджетную политику посредством количественных ограничений на бюджетные показатели. Бюджетные правила, как нам разъясняют либеральные экономисты, в основном направлены на сдерживание «чрезмерного роста» расходов бюджета, особенно в благоприятные для экономики времена, для обеспечения «финансовой ответственности» и «устойчивости государственного долга». Сплошной новояз в духе Джорджа Оруэлла (роман «1984»). А в переводе на понятный русский язык это означает ограбление страны, уплата колониальной дани Западу, удушение национальной экономики. Вот что такое «бюджетное правило».

Слава Богу, у нас еще есть люди, которые умеют переводить либеральную экономическую абракадабру на понятный русский язык. Поэтому предложенное тогдашним министром финансов бюджетное правило было названо «петлей Кудрина». Были еще шутники, которые говорили, что с помощью бюджетного правила Алексей Леонидович собирается сделать «денежную подушку», которой будет задушена Россия.

И это действительно так. Главное в правиле — так называемая «цена отсечения». Это контрольная цена на нефть. Если цена де-факто будет выше контрольной, то все доходы, обеспеченные превышением цены, направляются в суверенный фонд. В момент создания Стабилизационного фонда в 2004 году цена отсечения составляла 20 долл. за баррель нефти. В 2006 году она была установлена на планке 27 долл. Эксперты подсчитали, что за время существования Стабилизационного фонда (2004-2008 гг.) в бюджет попало примерно ¼ доходов от экспорта углеводородов, а ¾ попали в Стабилизационный фонд.

Во время финансового кризиса 2008-2009 гг. цена отсечения (уже для ФНБ и Резервного фонда) была повышена до 45-50 долл. Для нынешнего ФНБ цена отсечения была в 2017 году установлена на уровне 40 долл., и этот порог зафиксирован в Бюджетном кодексе РФ.

Другим (помимо цены отсечения) параметром бюджетного правила является предел общего объема ФНБ. Он определен в 7% ВВП. До достижения такого объема посягать на средства фонда никто не может (для этого нужно специальное законодательно оформленное решение). Все, что превышает пороговое значение, может направляться на решение уставных задач Фонда.

Стыдно читать Пояснительную записку к Федеральному закону от 29 июля 2017 года № 262-ФЗ «О внесении изменений в Бюджетный кодекс Российской Федерации в части использования нефтегазовых доходов федерального бюджета», в которой утверждается, что бюджетное правило, мол, является единственным зарекомендовавшим себя в международном опыте работающим механизмом снижения зависимости федерального бюджета и внутренних экономических условий от цен на энергоносители для сырьевых стран путём стерилизации нефтегазовых доходов бюджета и накопления суверенных фондов.

За последние годы (особенно после переизбрания В. Путина на пост президента страны) разные политики и общественные деятели многократно предлагали пересмотреть бюджетное правило по части повышения цены отсечения. А также по части снижения порога величины ФНБ, что позволило бы направить средства фонда на решение самых срочных экономических и социальных проблем. Однако правительство и парламент держат «круговую оборону» и на уступки идти не желают. Не срабатывают даже аргументы, что за счет ФНБ можно было бы найти недостающие деньги для финансирования национальных проектов, предусмотренных майским указом президента.

Статистика Минфина регистрирует так называемые «квантовые» скачки величины ФНБ. Судите сами: в конце июня текущего года величина фонда была равна 3.762,96 млрд руб. А в конце июля 2019 года показатель более чем удвоился, составив 7.867,70 млрд руб. В долларовом выражении скачок выглядел так: 59,66 млрд долл. в конце июня, а через месяц — уже 124,14 млрд долл. Минфин очень долго накапливал рублевую массу, а затем одним махом конвертировал в валюту сумму в 4,1 трлн. рублей, приобретя иностранной валюты на 64,5 млрд. долларов!

Поскольку общая величина валютных резервов Российской Федерации за указанный месяц мало изменилась, то не остается сомнения, что валюта с баланса Центробанка перешла на баланс Минфина. Примечательно, что сегодня валютные резервы Минфина растут быстрее, чем та часть валютных резервов, которая принадлежит Банку России. На конец июля 2019 года доля Минфина в общем объеме валютных резервов Российской Федерации достигла 30%. Банку России сегодня достаточно сложно наращивать свою часть валютных резервов по той причине, что ускоряется бегство капитала из страны (а это тормозит рост или даже снижает величину валютных резервов Центробанка). Если эти тенденции продолжатся еще года два, то может возникнуть уникальная ситуация: доля Минфина в валютных резервах России будет превышать долю Центробанка!

Итак, гигантские валютные средства Минфина работают не на решение пенсионной проблемы в стране, не на импортозамещение и даже не на выполнение национальных проектов. Они работают на другие страны. Средства ФНБ, согласно утвержденным правилам, вкладываются в надежные долговые бумаги, эмитируемые другими государствами. Какими?

На сайте Минфина дается раскладка активов ФНБ по видам валют по месяцам за все время его существования. Так вот, в первый месяц существования ФНБ (февраль 2008 г.) в общем объеме активов в размере, эквивалентном 32,0 млрд долл., на активы в долларовой валюте пришлось 10,42 млрд долл.; активов в виде евро было на сумму 12,73 млрд евро, а активы в английской валюте составил 1,39 млрд. ф. ст.

А вот картинка на конец июля 2019 года. Общая величина активов ФНБ в валютном эквиваленте — 124,14 млрд долл. Долларовая часть — 45,53 млрд долл.; часть в евро — 39,20 млрд евро; часть в британских фунтах — 7,68 млрд. ф. ст. Получается, что в начале существования ФНБ на долю доллара США приходилось 32,5%. А на сегодняшний день этот показатель увеличился до 36,7%. И это на фоне непрерывных разговоров власти о де-долларизации российской экономики.

Согласно последним данным Банка России, за год с начала 2018 г. по начало 2019 г. доля доллара США в международных резервах РФ снизилась с 45,8% до 22,7%, т.е. вдвое. Если оценивать позиции доллара США не во всех международных резервах РФ, а только в валютных резервах (без учета золота), то на начало текущего года его доля была равна 27,6%. Получается, что уровень долларизации той части валютных резервов, которая принадлежит Минфину, весьма превышает уровень долларизации той части, которая приходится на Центробанк. Минфин очень полюбил доллар США!

И еще одно любопытное наблюдение. В конце июля, согласно данным Минфина, величина Фонда национального благосостояния составила 7,2% ВВП. Т.е. превышен пороговый уровень в 7%, после чего появляется право использовать средства Фонда. Напомню, что ФНБ создан для решения пенсионных проблем. Вице-премьер и министр финансов Антон Силуанов никаких заявлений насчет того, что ФНБ перешел в «новое качество», не делал. Наверное, ему следует об этом напомнить.

Сейчас на главной
Статьи по теме
Статьи автора